Семь депутатских способов заработать

По Думе ходят легенды, как один из премьер-министров ельцинской поры регулярно получал при обсуждении бюджета от одного известного думского политика листок бумаги с нарисованной на нем цифрой со многими нулями — столько, мол, ему надо заплатить.

Время от времени противники принятия тех или иных решений публично обвиняют своих коллег в коррупции. Но дальше этого дело не идет: ни разу серьезных последствий такого рода заявления не имели.

8 апреля 1998 года при обсуждении кандидатуры Сергея Кириенко на пост премьера тогдашний председатель Комитета по безопасности коммунист Виктор Илюхин заявил в зале заседаний, что “некоторые российские, зарубежные политические и финансовые круги выделили огромные валютные суммы на лоббирование кандидатуры Кириенко в Государственной думе, если говорить более ясным языком — на подкуп депутатов...” Прямых доказательств представить Илюхин не смог. Историю забыли.

Когда весной 1999 года решалась судьба импичмента президенту Ельцину, в Думе наблюдалось веселое оживление. Тот же Илюхин в зале опять говорит о подкупе (ходили слухи о $80—100 тысячах, полученных некоторыми депутатами за голосование “против”), на него обиделись, потребовали проверки — и... ничего.

Совсем недавно, когда буквально тремя-четырьмя голосами принимался Закон о запрете на референдум в год перед выборами, коммунист Иван Никитчук опять заговорил про “проплаченные” позиции отдельных депутатов-центристов. Опять шум в зале, обиды — и... ничего.

В общем, в Думе все так же, как и за ее стенами: денежный айсберг с еле видной надводной частью и непонятно какой, но во много раз большей — подводной, теневой. Всех такое положение дел, похоже, устраивает. Действительно: если бы все депутаты были непродажны, то импичмент мог бы состояться, Кириенко не стал бы премьер-министром, а судьба некоторых бюджетов висела бы на волоске... Да и жить на одну зарплату у нас категорически немодно. Все попытки принять закон о лоббизме закончились в Думе году в 1997-м; Комиссия по депутатской этике вот уже два с половиной года знакомится с зарубежным опытом и обещает принять кодекс поведения народного избранника. И опять — ничего...